Мемориальный художественный музей Аллена (арх. Р.Вентури)

Мемориальный художественный музей Аллена (арх. Р.Вентури)

Расширение Мемориального художественного музея Аллена (AMAM) в городе Оберлин (штат Огайо), осуществленное по проекту архитектурного бюро Роберта Вентури и Дениз Скотт-Браун, стало одним из самых ранних и лучших образцов архитектуры постмодерна в Соединенных Штатах Америки.

В сложном диалоге с оригинальным зданием Гилберта свежий подход Вентури к использованию декора сыграл решающую роль в новой оценке архитектурного символа и контекста, разработанного в 1970–1980-х годах. Основанный в 1917 году Мемориальный художественный музей Аллена сегодня признан одним из пяти лучших университетских художественных музеев в США.

Старая галерея (арх. Касс Гилберт)

Старая галерея (арх. Касс Гилберт)

С момента своего открытия он предлагал бесплатный доступ к коллекции всем желающим. А собрание действительно заслуживает внимания. Изначально оно занимало только одно здание, удивительно элегантное, воспроизводящее образ итальянского палаццо эпохи Возрождения, возведенное по проекту Касса Гилберта и названное в честь доктора Дадли Питера Аллена, выдающегося выпускника Оберлинского колледжа 1985 года.

Доктор Аллен и его жена Элизабет Северанс-Аллен (позже Прентисс) были главными донаторами нового музея. В галереях здания Гилберта и сегодня представлена основная часть коллекции живописи старых мастеров и произведения искусства XIX века, а также скульптуры и шедевры декоративно-прикладного искусства. В 1977 году к зданию Гилберта пристроили галерею для экспонирования современного искусства.

Дизайн-проект, заказанный архитектурному бюро Вентури и Скотт-Браун, был профинансирован Рут Котес Руш. Это новое музейное крыло посвятили профессору истории искусства оберлинского колледжа Эллен Джонсон. В нем разместились библиотека с 10 000 изданий, галерея современного искусства, реставрационные и исследовательские лаборатории, скульптурные студии, лектории и магазины.

Фрагмент фасада новой галереи

Фрагмент фасада новой галереи

В каком-то смысле Касс Гилберт в своем здании создал феномен постмодернистской архитектуры еще в 1917 году. Тогда, правда, этот подход назывался историзмом и не предполагал иронии в отношении к архитектурным элементам. Зодчие и, в частности, Гилберт руководствовались идеей того, что каждому типу здания, каждой функции лучше всего соответствует какой-либо из исторических стилей, эпоха расцвета которого была связана с господством тех или иных философских концепций или мировоззрений.

Так, к примеру, для театров использовался самый пышный и зрелищный стиль барокко, для банков и правительственных учреждений обычно выбирали строгие, классические формы, для церквей как нельзя лучше подходила готика, а просветительским функциям университетов и музеев отвечала простая и утонченная ренессансная архитектура, то есть формы, отсылающие к эпохе появления и расцвета университетов и частных собраний. Для АМАМ Гилберт использовал словарь архитектуры Тосканского Возрождения, чтобы имитировать европейское искусство прошлого в американской, все впитывающей в себя культуре.

Внутренний двор между старой и новой галереями

Внутренний двор между старой и новой галереями

И если вспомнить, чем Лас-Вегас восхищал Вентури, о чем было сказано в обзорной главе настоящей книги, то сравнение принципов Гилберта с постмодернистскими идеями не кажется таким уж неуместным. Постоянный поиск корней, свойственный американской культуре в целом, сам по себе провоцировал зарождение постмодерна еще задолго до Вентури. Попытки заполнить генеалогическую карту и обосновать собственное право на высокое искусство приводили к копированию и имитации. Осознание этих процессов породило самоиронию, и потому постмодернизм (как и поп-арт, что для Вентури-теоретика оказывается важным сопоставлением) стал плотью от плоти американской культуры.

Чтобы понять всю тонкость иронии Вентури, нужно разобраться, что же построил Гилберт. Здание АМАМ имеет ряд особенностей, характерных и для других со оружений на территории Оберлинского университетского городка, созданных по проекту этого мастера. К примеру, во всех случаях он применил местный песчаник в качестве строительного материала и черепичную крышу.

Но в отличие от синтеза романских реминисценций с архитектурными традициями Среднего Запада здесь зодчий практически в точности воспроизводит элегантный симметричный фасад Оспедале дельи Инноченти (воспитательный дом для детей-сирот) Филиппо Брунеллески. Он использует те же самые пропорции открытой галереи и аркады с утонченными колоннами коринфского ордера, хотя, конечно, ярко-красная нависающая над фасадом крыша становится очень оригинальным акцентом, которого у Брунеллески не было. На боковых частях фасада, по сторонам от колоннады, появляются красные филенки, их также не найти в итальянском прообразе, и этот элемент обретает особую значимость в тот момент, когда переводишь взгляд от проекта Гилберта к зданию Вентури.

Мемориальный художественный музей Аллена. Старая и новая галереи. Архитекторы — Касс Гилберт и Роберт Вентури

Мемориальный художественный музей Аллена. Старая и новая галереи. Архитекторы — Касс Гилберт и Роберт Вентури

Оно состоит из двух частей как конструктивно, так и композиционно. Понятно, что любое боковое приращение сразу нарушило бы симметрию фасада Гилберта, поэтому перед Вентури стояла задача сделать это максимально тактично по отношению к уже существующей архитектуре. Он пристраивает к старому сооружению небольшой практически квадратный в плане объем той же высоты и соединяет галерею Гилберта с новой галереей, возведенной вдоль нее.

Гармония между корпусами достигается не за счет симметрии или имитации, а за счет тончайше продуманного сочетания материалов. Небольшой объем, через какой осуществляется переход из одного здания в другое, покрыт шахматным узором из красного песчаника и желтого кирпича и розового гранита. Этот узор перекликается с формой и цветом филенок, о которых выше шла речь. Удивительно элегантный ход! Геометрическому узору соответствуют прямоугольные, хаотично расположенные на фасаде модернистские окна, одно из них, начавшись на одной части здания, заканчивается на другой. А основная часть нового крыла создана уже только из светлого кирпича с двумя рядами ленточных окон, идущих по всему фасаду. И внешний облик данной части сооружения воспроизводит одну из построек Миса ван дер Роэ для кампуса Иллинойского технологического института.

Таким образом Вентури подчиняет старое здание новому, включает его в новый постмодернистский контекст и втягивает музей в некую игру на узнавание архитектурных стилей и творчества зодчих. Действительно, можно сказать, что Мис ван дер Роэ был Брунеллески своего времени, или наоборот: они оба — великие революционеры в истории архитектуры.

Выход из старой галереи музея

Выход из старой галереи музея

Ренессанс Вентури тоже не чужд. Одновременно с работой над новой галереей АМАМ он занимался строительством Гордон Ву-Холла для Батлер-колледжа Принстонского университета, где и использовал геральдические и декоративные мотивы архитектуры Возрождения.

Во внутреннем дворе АМАМ мастер срезает по диагонали один из углов своего здания, остекляет на уровне первого этажа и устанавливает деревянную колонну ионического (условно) ордера причудливой раздутой формы, которая оказывается прямо перед «окном». Здесь она совершенно не функциональна и нужна лишь в качестве декоративной детали, продолжающей постмодернистскую игру форм. Если отдельные фрагменты старого и нового зданий оказываются вполне узнаваемыми цитатами или мотивами, то такое отношение к ордеру абсолютно уникально — никому из зодчих, возможно, даже в голову не приходило так дерзко вырывать из контекста важнейший элемент классической архитектуры.

Разрушение ордерной системы стало символом, который вслед за Вентури применяли и другие постмодернисты. К примеру, Чарльз Мур в своем проекте Лоуренс-Холла для Музея искусств Уильямс-колледжа (1982–1986 годы, Уильямстаун, штат Массачусетс) использует проекции ионического ордера на плоские опоры квадратного сечения, при этом отрывая капители от фуста, то есть делая «опору» совершенно нефункциональной.

А в 1989 году Питер Айзенман при строительстве Векснер-центра визуальных искусств для Государственного университета Огайо в Колумбусе вообще подвесил колонны в воздухе на уровне второго этажа, создав впечатление абсолютного архитектурного хаоса. Таким образом маленькая изюминка, придуманная Вентури для проекта Мемориального художественного музея Аллена, вдохновила целое поколение зодчих на новый принцип отношений с классической ордерной системой.

Архитектурные и конструктивные особенности:

  • Вентури не имитирует и не подражает: он создает новую архитектуру, перекликающуюся со старой в деталях.
  • Музей носит имя Дадли Питера Аллена, своего главного донатора.
  • Старая часть являлась аллюзией на итальянское палаццо Оспедале дельи Инноченти Филиппо Брунеллески Огромное внимание.
  • Вентури уделяет материалам, благодаря чему новые части музея сочетаются со старыми.
  • Старая часть музея построена в духе историзма.
  • Новый корпус Мемориального музея Аллена стал расширением здания 1917 года, построенного по проекту Касса Гилберта.
  • Дизайн-проект, заказанный архитектурному бюро Роберта Вентури и Скотт-Браун, был профинансирован Рут Котес Руш, именем которого и назвали новый корпус.
  • В этом проекте Вентури радикально меняет отношение к ордерной системе: он срезает по диагонали один из углов своего здания, остекляет на уровне первого этажа и устанавливает деревянную колонну (условно) ионического ордера причудливой раздутой формы.
  • Новый корпус стал парафразом к модернистской архитектуре Миса ван дер Роэ.
  • Вентури пристроил к старому зданию два объема — небольшой переходный зал и новый большой корпус.

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *

один × один =

Вы можете использовать это HTMLтеги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>