Кэнго Кума – биография и творчество

Кэнго Кума - биография и творчество

Кэнго Кума по праву считается уникальным архитектором. Он чтит традиции японской архитектуры, успешно сочетая их с передовыми методами проектирования. Постройки мастера предельно просты и органично вписаны в окружающую среду. Он очень любит работать с натуральными материалами, отдавая безусловное предпочтение дереву. Зодчий убежден, что здание не должно вступать в конфликт с окружающей средой, тем более доминировать над ней.

Кэнго Кума родился в 1954 году в японской префектуре Канагава. Увлечение архитектурой появилось у мальчика уже в 10 лет после просмотра телевизионной передачи о строительстве спортивного стадиона в Токио к Олимпиаде 1964 года. Свой замысел и его реализацию комментировал тогда сам знаменитый автор проекта, Кэндзо Тангэ.

Станция Хосакудзи

Станция Хосакудзи

Слова великого японского зодчего навсегда врезались в память юного Кэнго, и выбор профессии был предрешен. По воспоминаниям Кумы, после того, как он увидел спортивные олимпийские объекты, он влюбился в архитектуру.

В 1979 году Кума окончил архитектурное отделение Токийского университета, а в 1985–1986 годах продолжил обучение в аспирантуре Колумбийского университета. Куму часто спрашивают, в чем разница обучения архитекторов в Японии и в Америке. Узнавший изнутри и то, и другое, Кума убежден, что западное образование более конкретное. Каждый начинающий архитектор может выдвинуть собственную идею, и она будет серьезно обсуждаться, на заданный преподавателю вопрос студент обязательно получит развернутый и обоснованный ответ. Японские же студенты часто работают сами по себе, самостоятельно находя ответы на свои вопросы.

В 1987 году архитектор основал мастерскую «Spatial Design Studio», которая стала «базой» для появившейся в 1990 году компании «Kengo Kuma & Associates». Сегодня Кума держит еще офис в Париже, откуда ведутся его европейские проекты.

Здание М2

Здание М2

Начало работы молодого архитектора пришлось на сложное время. Если на протяжении учебы будущего зодчего архитектура еще пользовалась огромной популярностью, был настоящий бум в строительстве, то к концу 1980-х начался ощутимый спад, крупных заказов уже не поступало. К 1990 году только созданная фирма вообще перестала получать заказы. Молодой талантливый человек остался совсем без работы. Кэнго Кума решил даже поработать за пределами города, в сельской местности, где получил несколько небольших заказов.

Это вынужденное изгнание дало ему очень много — он изучил традиционные ремесла и техники строительства, которыми гордятся старые японские мастера, и смог много времени провести в наблюдениях и раздумьях. Даже сейчас мастер, вспоминая об том периоде, говорит не только с грустью, но и с благодарностью. Кума привык думать, много и серьезно размышляет он над каждым проектом. С годами у архитектора сформировалась и собственная философия, ей он делится с журналистами во время интервью, со студентами, читая им лекции, и, конечно, создавая каждое новое свое произведение.

Вилла «Вода/стекло»

Вилла «Вода/стекло»

Более полусотни реализованных проектов, десятки выигранных конкурсов доказывают востребованность и актуальность философии Кэнго Кумы. Его здания всегда органично вписаны в окружающий ландшафт, отличаются простотой и непременно связаны с контекстом — историей, традициями данной местности.

Единственным исключением из всех положений философии мастера стала его первая крупная работа — здание М2. Построенное в 1991 году в токийском районе Ситагайя как масштабный торговый зал для автомобильной компании «Мазда», здание воплотило в себе все принципы архитектуры постмодернизма,  господствовавшей в то время в мире. Отличительной чертой постмодернизма стала ироничная эклектика, которая даже в преувеличенной степени, вкупе с гротескным упрощением классических форм, нашла выражение в монументальном сооружении Кумы. Архитектор начал работать над этим проектом в 1987 году, на волне «экономического пузыря», существовавшего тогда в Японии. По его собственным словам, М2 — порождение времени и желаний заказчика.

Время продиктовало и рождение концепции полностью прозрачного дома, которая нашла свое воплощение в построенной в 1995 году вилле «Вода/стекло». В последние десятилетия в мировой архитектуре все более явно начали проявлять себя такие характеристики, как бестелесность, размытость, отсутствие четких контуров. Реакцией на передовой мировой опыт стало появление «прозрачной архитектуры» и в Японии.

Вилла «Лотос». Вид на террасу и пруд

Вилла «Лотос». Вид на террасу и пруд

Однако в отличие от европейской тенденции передавать с помощью прозрачной архитектуры «неясное» и «эфемерное», «прозрачность» в Японии имеет совершенно иной смысл. Как известно, японский язык отличается уникальной способностью образно выражать содержание того или иного понятия. «Прозрачность», пояпонски — «томэй-сэй», состоит из трех иероглифов, значение которых ярко и точно воплощает необходимые для понимания оттенки смысла: «тору» — «просвечивать», «мэй» — «ясный, радостный» и «сэй» — «природа, естество, существование, жизнь». В целом, очевидно стремление японцев связать категорию «прозрачность» с изначальным бытием, сделать ее исходной характеристикой всего сущего.

«Прозрачная архитектура» отрицает саму идею сооружения как границы или барьера. Как на понятийном, так и на визуальном уровне в архитектурном произведении подчеркивается это отрицание. При проектировании виллы «Вода/стекло» Кэнго Кума старался снять разграничения между интерьером и окружающей средой, сделав их максимально прозрачными. Особенно удалось решить облик главного зала виллы, состоящего из стеклянных стен, практически незаметных глазу.

Вилла «Лотос». Кухня

Вилла «Лотос». Кухня

Из поликарбонатного стекла созданы не только стены, но и пол здания, а также его крыша. Кума создал иллюзию парения сооружения между небом и землей. Он управляет водой и светом. Благодаря игре отражений постройка просто растворяется в воздухе. Произведение мастера основано на изменчивых бликах света на воде, взаимоотношении этих двух стихий, архитектура же задумана им как тонкая грань между ними.

«Бестелесность» стенам своих зданий Кума может придать, используя любой материал без исключений. Даже пластик он способен превратить в подобие рисовой бумаги, выстроив традиционный чайный домик из пластиковых блоков в Пекине прямо напротив Запретного города. Сочетание традиционной дворцовой архитектуры Китая и пластиковых стен создало неожиданный контраст, благодаря которому маленькое сооружение приобрело большую известность.

Среди многочисленных работ Кэнго Кумы выделяется небольшой частный дом, получивший поэтическое название вилла «Лотос». Он расположен на востоке Японии, в живописном месте высоко в горах, рядом с тихой речкой. Необычную постройку сам архитектор охарактеризовал так: «Это дом, созданный из пустот». Действительно, поверхность стен состоит из бесчисленных отверстий. Для достижения такого эффекта Кума использовал каменные плиты, размером 20×60 см, которые разместил на тонких стальных опорах в шахматном порядке.

Начальная школа Университета Тэйкё. Фрагмент

Начальная школа Университета Тэйкё. Фрагмент

Причем камни закреплены в раме так, чтобы каждый оставался подвижным. В результате вся стена, выложенная каменными плитами, под действием внешних сил начинает колебаться, каждый ее элемент покачивается на ветру. Видимая легкость камня, достигнутая авторским замыслом, является воплощением нежных лепестков лотоса.

Двухэтажная вилла разделена на два крыла, между которыми расположена терраса — затененное пространство, откуда можно попасть в любую часть дома. Перед террасой устроен бассейн, в котором высажены цветы лотоса. У этой небольшой виллы много открытого пространства, которое так любит архитектор. Именно оно рассматривается как объединение лесного массива, расположенного недалеко, с протекающей рядом речкой. Не нарушить эту гармонию архитектура должна благодаря тончайшей, почти условной, преграде, которую представляют собой стены постройки.

Художественный музей Сантори

Художественный музей Сантори

В эти годы архитектора активно приглашают частные заказчики для строительства загородных вилл. Ни в одном проекте частного дома Кума не повторяется. Соответствуя желаниям заказчика, зодчий каждый раз разрабатывает уникальный художественный образ жилой постройки. В 2006 году он заканчивает возведение виллы недалеко от Каруидзава. Место для небольшого дома, площадью всего чуть больше 73 м², было выбрано в лесу. Благодаря этому за сооружением закрепилось название «хижина». «Хижину Y» (название часто дается по первой букве фамилии заказчика) отличает трехскатная крыша, покрывающая своими гранями весь объем постройки до самой земли.

Избрав крышу основным элементом, архитектор фактически лишает дом стен, но наделяет его интересными треугольными окнами, образованными на стыках крыльев крыши. В «Хижине Y» организовано единое пространство для жизни. Спальня, гостиная, столовая и кухня — это лишь выделенные зоны внутри одного помещения. Минималистический интерьер полностью выдержан в дереве. Все стены облицованы панелями из орегонской сосны. Из нее же создана и мебель.

Музей Нэдзу

Музей Нэдзу

Через свойства используемых материалов и взаимосвязь произведения с окружающей природой Кума стремится создать эмоциональное восприятие своей архитектуры. Он всегда ориентируется на строительную традицию японской культуры, но чрезвычайно редко целиком передает традиционный стиль и сложившиеся каноны. Таким исключительным обращением к национальным формам стал проект «Театра Но в лесу» (1996 г.). Лирическое название этого сооружения вполне оправдано.

Размещение театра в кедровом лесу, среди деревьев и камней, ставило целью воссоздать атмосферу древнего японского театрального искусства в первозданном, неповторимом виде. Воссоздание в дереве сцены театра Но, интегрирование ее в природное окружение, где смена времен года будет ощущаться «вживую», позволяют прикоснуться к национальной культуре. По традиции пьесы выбираются для постановки с учетом фактора сезонности. Гармоничность этого условия как нельзя лучше ощущается в «Театре Но в лесу».

С 1980-х годов Япония начала переживать настоящий «музейный бум». За эти примерно три десятилетия в стране появилось много новых «местных», иногда совсем маленьких, реже — крупных музеев, в создании которых четко прослеживается принцип главенства архитектуры здания над музейной коллекцией. Именно архитектура новых музеев становится определяющей, играя первостепенную роль и для заказчика, и для их посетителей. В разработке концепции и создании проектов музеев Кэнго Кума принял самое активное участие, ведь на его счету не один музейный комплекс.

Отель «Садовые террасы»

Отель «Садовые террасы»

В Художественном музее Сантори, появившемся в Токио в 2007 году, архитектор применил излюбленный прием использования местных, легкодоступных материалов для строительства здания. Но именно в этом случае всем известное правило мастера вызвало широкий резонанс, ведь таким доступным материалом стали деревянные винные бочки, которые в большом количестве поставила компания «Сантори» — крупный производитель виски. Кума использовал бочки для изготовления двух слоев ламелей вертикальных жалюзи, которые регулируют инсоляцию помещений. Этот прием был взят архитектором из традиционных жилищ крестьян, которые не могли себе позволить стеклянные окна. Интерьер музея отличает вертикальное членение плоскостей и ощущение полной прозрачности внешних стен. Фасад здания покрыт вертикальными жалюзи из белой керамики. По замыслу архитектора, они должны навеять ассоциации с коллекцией фарфора, представленной в экспозиции музея.

Музею Нэдзу, расположенному на «модной» улице Токио, Омотэсандо, надлежало решить сразу нескольких задач. Во-первых, стать, по плану Кумы, городской средой, а не просто отдельным зданием. Во-вторых, на шумной, многолюдной улице необходим был оазис тишины. Архитектор создал наклонный вход в музей, протянувшийся на 50 метров, показывая, что даже в самом центре Токио можно получить уединение. «Мы разработали крышу с большими свесами, высота которых всего 2,5 метра. Рядом посадили бамбук, подчеркивающий затемнение и уединенность», — говорит Кума о своем проекте. Черепичная крыша с низким карнизом сохраняет оригинальный облик музея, а благодаря линейным контурам сливается с лесным массивом, расположенным за ним.

Вид на корпуса отеля «Садовые террасы»

Вид на корпуса отеля «Садовые террасы»

Здание музея Нэдзу не отгорожено от города. Напротив, в попытке интегрировать сооружение в пейзаж Кума оставил его открытым на улицу. Переходным пространством между музеем и городом служит бамбуковая роща. Посетители перед входом в музей проходят вдоль длинной бамбуковой стены под сильным выносом карниза крыши и в этой прохладной тени оставляют все суетные проблемы, настраиваясь на осмотр коллекции. Кума мастерски работает с тенью, считая ее самой важной характеристикой архитектуры.

Именно тень, по его мнению, создает своеобразие традиционной архитектуры Японии и отражает основы эстетических представлений в культуре. «Светотень практически создает интерьер, благо традиционные дома небогаты мебелью», — поясняет он. По словам архитектора, в японской архитектуре важна иерархия теней. Можно создать тени глубокие, легкие, острые, плавные — все они будут по-своему формировать пространство.

При исполнении каждого своего заказа Кума учитывает множество факторов — особенности ландшафта, климатические условия, история и культурное значение данного места. Только исходя из всех этих параметров, архитектор вырабатывает концепцию нового произведения. Кэнго Кума за свою тридцатилетнюю практику создал множество отелей, преимущественно для японских и китайских городов. По словам зодчего, самым сложным бывает совместить в проекте две необходимые составляющие — яркий архитектурный образ и высокое качество жизни для гостей.

Региональный фонд современного искусства (FRAC)

Региональный фонд современного искусства (FRAC)

Отель «Садовые террасы» в Нагасаки, созданный Кумой в 2009 году, предлагает всем постояльцам панорамный вид на порт и город. Гостиничный комплекс прекрасно вписан в сложный рельеф, тем самым оправдывая свое название. Замысел архитектора заключался в сглаживании впечатления от больших объемов и площадей построек, он старался отойти от распространенной идеи «отеля как масштабного гостиничного блока», превратив ее в «отель как камерный семейный дом». Для этого Кума воспользовался всеми доступными ему архитектурными средствами. Получился яркий проект, в котором сочетаются три типа пространственных образований — большой корпус, маленький домик и линейные блоки. Объединяющим для разновеликих построек стал выбор материала.

Древесина использована как основной строительный и отделочный материал при возведении главного здания отеля. Значительно меньший по размерам корпус, названный «Королевская терраса», также выполнен преимущественно из дерева. Однако две полностью деревянные постройки не смогут преодолеть огромный разрыв в масштабе, который существует между ними и воспринимается архитектором как противоречие. Поэтому для главного корпуса как самого большого объекта комплекса Кума разработал художественный эффект дробности плоскости фасадов. Японский архитектор вообще не любит гладких монотонных поверхностей. В данном случае игра подкреплялась функциональным подтекстом.

Фасады главного корпуса отеля облицованы деревянными панелями, отличающимися по цвету и размеру. Их расположение ориентировано как горизонтально, так и вертикально, что еще больше усугубляет эффект мозаичности. Положение квадратных и прямоугольных окон разных размеров точнее всего охарактеризует выражение «вкривь и вкось». Но таким образом удалось добиться нужного эффекта. Два элемента фасада, деревянные панели и окна, придают ему такой динамизм, что создается ощущение наличия еще и других, более мелких деталей.

Впечатление от здания, масштаб которого подавляет все окружение, разрушается, постройка выглядит более камерной, чем является на самом деле. Скошенная крыша, с одной стороны, будто продолжает линии рельефа, а с другой — создает интересные конфигурации пространства, то наполняя его прохладной полутенью, то заливая светом через большие окна на потолке.

Маленький корпус, «Королевская терраса», имеет остроконечную крышу, выступающие края которой опираются на тонкие стальные балки. Для гармонизации со сложным художественным образом главного корпуса деревянные стены маленького здания «разбавлены» стеклом — широкая стеклянная полоса в центре сооружения обозначает главный вход в отель. Остекленные части фасада также выходят и во внутренний двор. Интересная геометрия стала главной отличительной чертой оформления интерьеров его корпусов — зигзагообразная стойка регистрации, треугольные в сечении диваны создают неповторимую атмосферу.

Кэнго Кума много работает в европейских странах, выигрывая конкурсы и получая заказы, преимущественно на возведение объектов культуры. Победив в конкурсе на проект здания Регионального фонда современного искусства (FRAC) в Марселе и получив право реализовать свой замысел, архитектор построил одно из самых ярких современных сооружений города. Получился настоящий архитектурный шедевр, созданный из 1500 стеклянных элементов разной степени прозрачности. Прямоугольные элементы из эмалированного стекла закреплены на фасаде под разными углами на специальных стержнях, образуя дополнительную декоративную оболочку здания. Стеклянные элементы расположены в шахматном порядке, образуя пустоты, пропуская свет в интерьер шестиэтажного здания и создавая игру света и тени. Внешней стороной здание отражает все, что его окружает, как бы растворяясь в городском пейзаже.

Региональный фонд современного искусства. Терраса для отдыха

Региональный фонд современного искусства. Терраса для отдыха

Г-образная постройка, общей площадью около 5000 м², занимает участок треугольной формы в прибрежном районе города. Сооружение состоит из двух блоков. В основном, низком, но масштабном блоке размещены выставочные пространства, офис, кафе и архив художественных произведений. Внутри башни, стоящей на стыке двух улиц, находятся конференц-зал и центр детского творчества. В объеме башни, примерно по середине ее высоты, архитектор создал вырез и обустроил открытую терраса для отдыха посетителей и проведения мероприятий под открытым небом.

Отдельно необходимо коснуться проектов, разработанных архитектором для детей. К такой работе Кума относится особенно серьезно. Например, в недавно сооруженном комплексе начальной школы Университета Тэйкё для ребят создано органичное, уютное и экологически безопасное пространство при сохранении всей необходимой функциональной наполненности такого рода учреждений. Школа разместилась в одном из центральных районов Токио, поэтому полностью выстроена из дерева. По замыслу архитектора, этот материал поможет ученикам почувствовать себя ближе к природе, ведь в современном мегаполисе этого так не хватает. Для облицовки внешних стен и кровли Кума применил неповторимый по своей красоте и фактуре кедр. Интерьеры школы отделаны панелями из переработанной соломы, тростника и древесины тополя. Материалы были выбраны исходя из их прекрасных звукоизоляционных свойств.

Школа имеет переменную этажность от 1 до 3 этажей и в плане представляет собой вытянутый прямоугольник. Первый этаж существенно шире двух верхних, поэтому на втором этаже появилась обширная тер раса. От традиционной коридорной системы Кэнго Кума категорически отказался, предложив планировку, при которой классные комнаты располагаются как вдоль внешних стен здания, так и в средней части коридоров. Благодаря такому построению пространства можно варьировать размеры комнат с помощью прозрачных перегородок.

Кума часто размышляет о необходимости возвращения к человеческому масштабу современных городов, улицы которых должны заполнить малоэтажные жилые дома. Только в них, по мнению архитектора, человек может чувствовать себя свободно и комфортно. Зодчий живет в доме, который спроектировала его жена-архитектор. На вопрос, почему он не создал проект собственного дома сам, Кума обычно отвечает, что ему тяжело было бы испытывать чувство удовлетворения — не от этой работы, а от постоянного проживания в сооруженном им самим доме. Ведь архитектор никогда не должен ни на чем останавливаться. Он постоянно исследует новые возможности, двигается вперед.

Архитектурная деятельность Кэнго Кумы пришлась на сложный период. Когда он начал свою творческую карьеру, уже прошло время больших проектов. Получить заказы такого масштаба, какие были в Японии 1960–1970-х годов, оказалось почти невозможно. Приобрести известность, как у первой плеяды японских архитекторов, прославившихся на весь мир — Кэндзо Тангэ, Араты Исодзаки, Кисё Курокавы, — недостижимая мечта. Но даже работая над маленькими проектами, подчас со скромным бюджетом, Кума создал свой неповторимый стиль и узнаваемый почерк, доказав, что не прошло время великих архитекторов и будущее — не за яркой формой, а за глубиной мысли, стоящей за каждой постройкой.

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *

двенадцать − 1 =

Вы можете использовать это HTMLтеги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>