Автомобильный шоу-рум и звуковой барьер в Утрехте

звуковой барьер и автомобильный шоу-рум

Объект: звуковой барьер и автомобильный шоу-рум Hessing Cockpit
Расположение: жилой район Leidsche Rijn (Утрехт)
Заказчики: проектное управление района Leidsche Rijn, фирма Hessing BV
Консультант заказчика: A&O Bouwteampartners
Архитектура: ONL (Oosterhuis and Lenard) BV, Нидерланды (Kas Oosterhuis, Ilona Lenard, Cas Aalbers
Расчет конструкций: ONL, Meijers Staalbouw BV, Andriessen (совместный расчет и монтаж стальных конструкций)
Проектирование: 2003–2004 гг.
Строительство звукового барьера: 2004–2006 гг.
Строительство шоу-рума: 2004–2005 гг.
Протяженность участка, м: 1537
Площадь застройки, кв. м: 2500
Общая площадь
шоу-рума, кв. м: 6400
Высота объекта, м: 13–18

Ничто не стоит так дорого, как пространство, территория, место. В маленькой Голландии площадью чуть более 40 000 кв. км, с плотностью населения свыше 450 человек на 1 кв. км и постоянным притоком иммигрантов земля – суша – требует не просто рационального использования, но круглосуточной защиты от вечной угрозы затопления. В этом контексте, полярно противоположном российскому, дефицит земли предполагает особую закрытость и ограниченность ее использования.

Однако эта драгоценная территория участвует как национальный ресурс в интернациональном сообщении между странами. Голландия, культура которой формировалась в условиях вечной нехватки земли, отдает значительную часть этой ценности на развитие путей сообщения. Железные дороги, скоростные магистрали наравне с польдерами, каналами, бесконечными рядами теплиц в течение последнего десятилетия становятся визитной карточкой страны и обеспечивают немалую часть национального бюджета.

Дороги строятся в Голландии повсюду, они участвуют в международных процессах торговли и грузоперевозок, соединяя порты, аэропорты и железные дороги. Они обеспечивают быстрое и комфортное перемещение по стране. Как и везде, в Голландии строительство дорог вызывает протест жителей прилегающих территорий. Конфликт разрешается не в одностороннем порядке, путем издания тоталитарного закона, утверждающего, что общественное важнее частного, а созданием обертки, оболочки, превращающей дорогу в ландшафтный аттракцион, что стало обязательным условием для современной голландской трассы. В мае 2005 года завершилось строительство одного из таких аттракционов вдоль Утрехтской трассы А2 – звукового барьера и шоу-рума для дорогих автомобилей, спроектированного бюро ONL.

Типичная для старого европейского города дробность масштаба, идущая от средневековой городской структуры, в Голландии усиливается сеткой каналов и дефицитом земли. Традиционная голландская улица или канал – это частокол узких, вытянутых по вертикали фасадов. Часто традиция заменяет мысль, что всегда эту традицию компрометирует. Особенность скоростной голландской трассы – монотонная бесконечность ее «фасада», представленного загородными польдерами, прозрачными рядами одинаковых тополей, серым голландским небом, вереницей стеклянных домиков-теплиц, крупноразмерными промышленными блоками. Перенесенная в этот контекст структура голландской улицы означала бы обесценивающую эксплуатацию традиционного образа.
Такое понимание контекста определило первое условие создания концепции звукового барьера – отказ от традиционных решений. Второй опорный пункт – разница в скорости перемещения между автомобилем на трассе (120 км/час) и пешеходом на городской улице (4 км/час), составляющая 116 км/час.

При столкновении с новой формой быта (жизнь на скорости) меняется и привычное представление об утилитарном назначении архитектуры. Она выходит за рамки просто дома, в котором живут и работают, распадается на самодостаточные составляющие: крыши, перекрытия, фасады. Фасад превратился в объем. Он освободился от необходимости подчиняться еще какому-либо объему и стал самостоятельным объектом. Звуковой барьер на трассе А2 – по сути длинный фасад, лишь в небольшой части которого помещен выставочный зал. За ним скрывается не дом с этажами, а целый микрорайон. Такой фасад – не часть дома, а независимый новый элемент, новый вызов. В отличие от традиционного, его назначение – не комплексная защита от холода, осадков и чужого вторжения, а лишь от звука. Его форма и фактура становятся его функцией. Если в доме никто не живет и не работает, место утилитарной функции занимает художественное содержание объекта. Здесь традиционно аскетичное соотношение искусства и функции – 1:10 – теряет смысл.

Гнутая оболочка структурного фасада. Автомобильный шоу-рум

То есть полтора километра длины примагистрального пространства эквивалентны 46 м городского ландшафта. Значит, такое пространство нельзя описать лишь параметрами двухмерных чертежей проекта. Требуется дифференциальный показатель проектных размеров и скорости движения, который расшифрует магию восприятия на большой скорости.
Интуитивно или осознанно, авторы Hessing Cockpit следовали этому свойству, вытекающему из соотношения скорости и размера: полуторакилометровый барьер можно представить в виде литого объема, растекшегося наподобие ртутной капли вдоль трассы. Он постоянно меняет свои очертания в процессе движения – от компактного небольшого сооружения до то горизонтально, то вертикально вытянутых в линию объемов. Ни один из возможных рисунков с натуры не даст цельного представления об объекте. Более того, набор зарисовок с разных видовых точек не дает хоть сколько-нибудь приближенного представления. Поскольку в зарисовках по определению
отсутствует отображение изменений объема во времени восприятия, где важный фактор – непрерывность.

Для того, чтобы здание извивалось, свертывалось, разворачивалось и дышало в процессе восприятия на большой скорости, достаточно легких изгибов горизонталей, формирующих сооружение. Чуть меньше становится толщина – вдох, больше – выдох, чуть увеличивается высота – изгиб, чуть изгибается план – разворот. А ситуационный план упрямо констатирует почти прямую. Огромным пятном выглядит резко выделяющееся на ситуационном плане здание шоу-рума, хотя максимальная ширина его сечения не достигает и 30 м. В движении этот имплантат буквально взрывает объем, размыкая непрерывность 46 секунд на два спаянных временных промежутка. Такая «структура в структуре» показывает художественное значение «высокоскоростного фасада»: помимо отнесенности к архитектурному искусству, оно становится обязательным свойством примагистрального урбанизма, апеллирующим к человеку, который проживает определенное время своей жизни на скорости 120 км/час.

Скорость определила не только объем здания, но и внутреннее устройство шоу-рума для автомобилей. Эффект движения внутреннего пространства достигается наклонными полами, плавно перетекающими с одного уровня на другой так, что экспонируемые «роллс-ройсы», «бентли» и «феррари» воспринимаются как участники движения по трассе.
Коммерческая составляющая объекта разыграна с грандиозным размахом и точным сценарием восприятия. Поверхность барьера покрыта стеклянными чешуйками с зеркальным эффектом. Отраженный окружающий ландшафт, следуя за изгибами, наклонами и изломами барьера, создает эффект искажения пространства. Кульминацией этого искажения становится объем шоу-рума, растягивающий каркасную структуру до максимального размера. Таким образом, внутреннее пространство залов с наклонными полами и дорогими автомобилями становится единственным реальным объектом в игре отражений.

Звуковой барьер в ночное время Звуковой барьер превращается в полутора километровое лого компании Hessing BV, название которой уже нет нужды вывешивать буквами огромного размера – оно скромно разместилось над главным входом в шоу-рум.
Новая система проектирования основана не на привычной сути проектного процесса – сведении всех проблем в одно решение, приведении всех деталей к одному стандарту, а, наоборот, на бесконечной дифференциации.
Со времен Стоунхенджа у человечества накопилось достаточно данных, чтобы спрогнозировать в деталях и допусках весь проектно-строительный процесс реализации дома в традиционном виде. Такой дом – это, как правило, ортогональная стоечно-балочная система со всевозможными заполнениями фасадов и проемов, которая требует конкретизации лишь в узловых точках. Все остальное описывается размерами оконных или витражных конструкций и отделочных материалов. Для описания такого дома достаточно вертикальных и горизонтальных сечений, отображающих изменения в плане и относительную статику оболочки. Но текучая форма звукового барьера не предполагает использования унифицированных деталей. Весь процесс от воображаемого результата до воплощения – это конкретизация каждой единицы поверхности и объема.

Человеческий мозг не в состоянии найти и просчитать закономерности изменения параметров каждой детали в зависимости от ее положения на поверхности и связей с соседними деталями. А ведь полтора километра сооружения разложены на чертежи, образмеренные с точностью до миллиметра!

Архитектура на пути своего развития не раз совершала революционные прорывы, обращаясь к новейшим технологиям из других областей человеческой деятельности. Здание лондонской мэрии Нормана Фостера в форме яйца, спроектированное и построенное посредством новейшей СNC-технологии, до сих пор вызывает дискуссии о целесообразности использования в современной архитектуре формы, о которой еще две тысячи лет назад мечтали идеалисты. Реализация же утрехтского звукового барьера, возможная только благодаря технологии File to Factory, подобной СNC, безусловно, отправная точка в процессе осмысления пространства скорости.

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *

14 − четыре =

Вы можете использовать это HTMLтеги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>