Арт Генcлер (Gensler Architecture)

Арт Генcлер (Gensler Architecture)

Биография Арт Генcлер (Gensler) 
■ Родился в 1935 году в Хартфорде, Коннектикут, США. В 1965 году основал в Сан-Франциско собственное бюро Gensler, специализирующееся на проектировании офисных интерьеров. С тех пор Арт Генслер не менял место работы, развивая и совершенствуя собственный бизнес. В 2005 году компания отметила свое 40-летие и была признана одной из самых успешных за всю историю архитектуры США.
Арт Генслер женат, имеет четверых сыновей, двое из которых работают в его фирме.

Многие известные архитекторы, с которыми мне довелось встречаться, прославились своим особым стилем и стремлением переделать мир. Они художники, эстеты, концептуалисты, романтики и, конечно же, оптимисты. Однако очень немногих представителей этой креативной профессии можно отнести к успешным бизнесменам. Пародоксально, но способность архитекторов выигрывать конкурсы и получать реальные заказы не всегда ведет к финансовому успеху.

Новый терминал JetBlue в Международном аэропорту имени Кеннеди в Нью-Йорке. Gensler

Известны случаи полной финансовой несостоятельности некоторых выдающихся зодчих. Фрэнк Ллойд Райт всегда тратил больше, чем зарабатывал. Луис Кан и в зените своей славы, работая над крупными проектами в разных концах света, не вылезал из долгов. А одного из самых известных архитекторов современности Питера Айзенмана я нередко встречаю в сабвее. Он живет в обычной квартирке на Манхэттене и многим своим помощникам не платит зарплаты – они работают на голом энтузиазме. Но мой сегодняшний рассказ о том, как архитектура может быть не только искусством, но и бизнесом. Причем весьма прибыльным.

Знакомьтесь: Арт Генслер (Gensler), архитектор, которому удалось революционизировать и поставить на профессиональные рельсы архитектуру офисного пространства – эффективно спланированные интерьеры, оснащенные самым современным оборудованием. Важность этого сектора архитектуры трудно переоценить. Ведь именно в офисах проводят сегодня большую часть своего времени миллионы американцев. Мы встретились с Артом в одном из двух его нью-йоркских офисов – в Рокфеллеровском центре, очень дорогом деловом квартале на Манхэттене. Наш разговор состоялся всего за один день до переезда компании на более высокие этажи соседнего здания в Центре. Достаточно оказаться в этом комфортном стильном пространстве, чтобы понять, что компания на подъеме и далеко не каждый из самых могущественных ее клиентов может позволить себе столь тщательно спланированные и щедро декорированные интерьеры.

Господин Генслер сообщил, что сейчас в его компании занято 2 650 дизайнеров и архитекторов, работающих в 30 офисах по всему миру. Офисы в Нью-Йорке, Лондоне, Лос-Анджелесе и Бостоне активно нанимают десятки новых архитекторов. Поэтому и другие генслеровские офисы планируют переезд в более просторные помещения. Численность сотрудников компании растет в режиме 10 человек в неделю. В 2006 году прибыль превысила полмиллиарда долларов. Gensler не похож на современных гламурных зодчих. Он не стремится к созданию персонифицированного стиля в современной архитектуре. Его имя мало кому известно даже в профессиональных кругах. Он очень редко дает интервью и избегает внимания к своей персоне. Но зато широко известны самые разные проекты крупнейшей и самой успешной в США архитектурной компании, которая, несмотря на скромность нашего героя, так и называется – Gensler.

Развлекательный комплекс MGM Mirage`s CityCenter в Лас-Вегасе. Gensler

А еще Арт Генслер славится своей фантастической способностью оказываться в нужное время в нужном месте. К примеру, его знакомство с основателем империи Gap произошло на пляже. Случайный разговор привел к заказу нескольких чертежей для самого первого магазинчика Gap по продаже джинсов и музыкальных пластинок в Сан-Франциско. То был 1969 год. Вскоре последовали новые заказы для растущей как на дрожжах сети магазинов популярного бренда. С тех пор Генслер спланировал 1 200 магазинов компании по всему миру. А однажды Арт должен был срочно лететь в командировку. Авиакомпания, к услугам которой он и его коллеги привыкли обращаться, не смогла предоставить билет по разумной цене. Арт обратился в другую – первую попавшуюся компанию JetBlue. И опять удивительное везение – в самолете он оказался соседом президента этой авиакомпании. Слово за слово, и теперь огромный многомиллиардный терминал JetBlue в международном аэропорту имени Кеннеди в Нью-Йорке проектирует именно Генслер.

Каким образом вы открыли для себя архитектуру?

А.Г. Знаете, я никогда не хотел быть никем другим и с пяти лет мечтал об архитектуре.

Откуда у пятилетнего ребенка такие идеи?

А.Г. Не знаю. Мой отец был агентом по продаже акустических потолков компании Armstrong World Industries. Кстати, он работал через дорогу от места, где мы сейчас беседуем, – в здании телепрограммы Today Show на канале NBC.

Вы выросли в Нью-Йорке? Тогда понятно, почему вы отправились учиться в Корнельский университет. А.Г. 

Я вырос в Хартфорде, в Коннектикуте, а когда учился в средней школе, наша семья перебралась на Лонг-Айленд. Мой отец знал людей в Корнеле. Поэтому мне хотелось попасть именно туда. И потом, это было не очень далеко от дома.

Офисные интерьеры здания New York Times в Нью-Йорке (Арх. Renzo Piano Building Workshop)

А после университета вы, наверное, сразу отправились в Европу, чтобы лично прикоснуться к великим средневековым соборам и модернистским шедеврам Алваро Аалто и Ле Корбюзье?

А.Г. Что вы! Я даже мечтать не мог об этом. Родителям трудно было поддерживать меня в годы учебы. Я женился на последнем курсе университета (мы с женой вместе уже 50 лет), и материально нам было очень нелегко. За неделю до выпускных экзаменов у нас родился первый сын. Сразу после университета я ушел на полгода в армию, в инженерные войска. Демобилизовавшись в декабре 1958 года, я полетел в Калифорнию, которая для меня тогда была сказочной страной с молочными реками в кисельных берегах. Не найдя работы, я вернулся в Нью-Йорк, где после десятков попыток мне наконец удалось найти работу в офисе Shreve, Lamb and Harmon.

Эта фирма больше всего известна своим проектом знаменитого Empire State Building (Эмпайр-стейт-билдинг).

А.Г. Совершенно верно. Я проработал там полтора года, проверяя рабочие чертежи, стараясь понять, как строятся здания. Но это была очень рутинная работа, и я мечтал делать что-то совсем другое. Обдумав разные варианты, я отправился в Кингстон на Ямайке, где проработал почти два года в одной британской компании. Тут Ямайка из британской колонии превратилась в независимое государство. Мне заявили: «Ямайка – черная страна, а ты белый. Убирайся из нашей страны». Пришлось уехать. Вернувшись в Штаты, я проектировал школы в маленьком бюро на Лонг-Айленде, а по ночам готовился к сдаче экзаменов для получения лицензии архитектора.

Вы готовились к открытию собственной фирмы?

А.Г. Не совсем. Я просто хотел выучиться как можно скорее. К тому времени у нас уже было трое мальчиков и нам нужны были деньги. Я зарабатывал тогда всего сто долларов в неделю.

Как же вам представилась возможность открыть свое собственное бюро?

А.Г. Мне просто повезло. В 1965 году я работал в Сан-Франциско в офисе хорошего архитектора, но никудышного бизнесмена, постоянно занимавшего деньги на выплату жалованья мне и другим работникам. Тогда меня разыскал мой одноклассник по колледжу, который был менеджером у местного девелопера. Они проектировали башню с офисами Alcoa Building по проекту Skidmore, Owings and Merrill, но никого не нашлось для разработки того, что сегодня называется tenant development, – проектирование интерьеров для конкретного съемщика. Я сказал себе: это мой шанс. Мне было 29 с половиной лет. Я отлично справился с этим проектом, а остальное всем известно. У нас с женой было трое малышей и всего 200 долларов на счету в банке. У меня и в мыслях не было создавать такую большую компанию. Я всего лишь хотел нанять несколько чертежников для работы над интересными проектами. Не будет преувеличением сказать, что я наладил проектирование интерьеров на очень профессиональном уровне. Ведь раньше архитекторы даже не интересовались подобными проектами. Интерьеры не считались архитектурой вообще. Ими занимались преимущественно продавцы мебели и декораторы.

Отель The Ritz-Carlton. Лос-Анджелес. 3D-визуализация. Gensler

Вы хотите сказать, что вот так запросто создали крупнейшую глобальную компанию?

А.Г. Да, с помощью моей жены и моего друга. Супруга была моим секретарем и бухгалтером, она помогала мне один день в неделю. Джим Фоллет работал чертежником, а я встречался с клиентами, делал замеры, зарисовки и передавал их Джиму. Затем к нам пришло много людей. Многие из них работают с нами до сих пор. Каждый офис открывался из-за работы над конкретным проектом. Кто-нибудь, прослышав о нашей работе, приглашал нас в город Мы приезжали на интервью, получали заказ и открывали местный офис. Во многих случаях оставались работать над новым проектом. Даже сегодня, если мы видим возможность работать над крупным проектом, в который целесообразно вложить время, энергию и деньги, мы открываем локальный офис и нанимаем профессионалов на месте.

Вы построили очень успешный бизнес. В чем секрет вашего успеха?

А.Г. Я никогда не думал, что делаю что-то необычное, внимательно наблюдая, какой офис работает, а какой – нет. А оказалось, что другие фирмы работали иначе. Когда я делал проекты по tenant development, мне было любопытно, чем отличаются друг от друга офисы бухгалтеров, юристов, представителей других профессий. Эта работа предоставила мне возможность проводить с деловыми людьми намного больше времени, чем другим архитекторам. Я всегда стремился повысить качество дизайна в корпоративной среде, поэтому у меня сложился очень живой интерес именно к бизнесу архитектуры. Система звезд в архитектуре не импонировала мне никогда. Мне интересно решать проблемы клиентов – делать для каждого из них то, что им необходимо, то, чего они хотят, незаметно подталкивая их к идеям, которые улучшили бы дизайн и архитектуру. Пожалуй, здесь следует привести пример конкретного проекта по tenant development. Лучше всего рассказать о строящемся сейчас в Нью-Йорке небоскребе Bank of America по проекту Cook + Fox Architects. Эта известная в Нью-Йорке архитектурная компания разработала проект здания, однако согласно проекту законченный вид приобретут лишь фасады и холл первого этажа.

Отель The Ritz-Carlton. Лос-АнджелесВсе остальное останется незавершенным – на стадии чистых, необлицованных конструкций. Довести же здание до сдачи под ключ было поручено Генслеру. Чтобы понять сложность такого проекта, достаточно привести две цифры. Бюджет строительства здания – полтора миллиарда долларов, а строительство интерьеров для работников банка – один миллиард! Здесь предстоит построить приподнятые над перекрытиями полы, навесные потолки, дополнительные лестницы между этажами, воздуховоды, залы для биржевых торгов, конференц-залы, аудитории, рестораны, офисы, лифтовые холлы, телестудию и многое другое. Все должно быть учтено и предусмотрено, и самое современное оборудование будет полностью интегрировано и спрятано от глаз. Эта сложнейшая интерьерная работа велась параллельно с проектированием здания; нужды будущих офисов обговаривались на самых ранних стадиях создания архитектурной формы. Но вернемся к нашему герою.

Вы считаете себя больше архитектором или бизнесменом?

А.Г. Я мыслю себя архитектором, но я еще и руководитель бизнеса. Компания –это огромное количество людей. Профессия стала очень сложной. Поэтому я не верю в звездных дизайнеров. В наше время, чтобы создать успешный проект, необходимо задействовать множество очень разных и талантливых людей. Мы очень много времени уделяем дизайну, но все же главное – это бизнес. Почти без исключений мы занимаемся очень дорогими эксклюзивными проектами, работаем с клиентами, которым требуется самое высокое качество. Мы не придаем значения своему «дизайнер скому почерку», не заботимся об «узнаваемости стиля». Мы открыты самым разным влияниям. Меня часто спрашивают: как вам удается контролировать происходящее в компании? Ответ очень прост – я ничего не контролирую. Просто нанимаю верных и компетентных людей, которые способны нести ответственность за общее дело.

Офисное здание в каком-то смысле представляет собой лицо американского бизнеса. Но если фасады призваны воодушевлять и привлекать своей красотой, то интерьеры должны быть функциональными. Сегодня Gensler является лидером в области стратегического планирования рабочего места. Именно вам принадлежит фраза: «Форма вытекает из стратегии». Что такое стратегия рабочего места и почему это важно?

А.Г. Совсем недавно мы провели национальное социологическое исследование, основанное на ответах более двух тысяч работников самого разного уровня, представляющих все основные профессии. Согласно его результатам – девять из десяти офисных работников и начальников убеждены в том, что качество рабочего места влияет на производительность труда. Мы как дизайнеры, проектировщики и стратеги пытаемся помочь компаниям понять, при каких условиях они функционируют лучше всего. Стратегическое планирование – это такой же инструмент, как конвейер на фабрике. Важно создать пространство, которое отвечало бы задачам компании. Все упирается в достижение необходимого уровня взаимодействия, коммуникации и того, чего вы хотите, где вы этого хотите, как, когда и так далее. Поэтому мы вовсе не ограничиваемся рисованием красивых фасадов, хотя нам, конечно же, хотелось бы, чтобы они были замечательными. Главное – достичь функциональности, а уже потом красоты.

Скажите, а есть ли такой предмет в современных архитектурных школах – дизайн рабочего места?

А.Г. Нет, конечно же! Во-первых, даже профессора не имеют ни малейшего представления о вещах, которые мы сейчас обсуждаем, потому что они не сталкиваются с тем, как работает бизнес. Я на сто процентов самоучка в области бизнеса архитектуры. Я учусь в процессе работы. Мне кажется, очень важно, чтобы архитекторы изучали разные предметы в бизнес-школах и делились своими знаниями с коллегами. Важно понять психологию и философию того, как люди работают. Я читаю около пятидесяти публикаций в месяц на темы дизайна, архитектуры и бизнеса, чтобы постоянно быть в курсе происходящего.

В наших офисах мы регулярно проводим встречи, на которых архитекторы и дизайнеры представляют проекты и обсуждают различные стратегии. Мне кажется, многие дизайнеры сфокусированы только на эстетических аспектах архитектуры, но это лишь одна сторона проектирования. Когда мы разговариваем с заказчиками торгового центра, мы говорим на языке, совсем не похожем на тот, на котором разговариваем с заказчиками юридического офиса или рекламного агентства. Дизайнеры, работающие над этими проектами, должны понимать, что делает эти пространства прибыльными и как они функционируют. Дизайн играет в этом большую роль, но еще есть стоимость материалов, планировка, вопрос коммуникации сотрудников и клиентов и так далее.

В 2000 году вы написали предисловие к книге с названием «На работе», где рассказываете о революции рабочего места. Она все еще продолжается?

А.Г. Конечно. Мой отец работал в компании Armstrong World Industries практически всю свою жизнь. В наше время компании появляются и исчезают. Люди постоянно перемещаются. Есть городки, из которых бизнес ушел. Поэтому люди, которые там живут, не могут заявить: «Это мой дом, и я отсюда никуда не уеду». Мир обречен на постоянные изменения: новые технологии меняют способы ведения бизнеса и общения друг с другом.

Это правда, что у вас нет любимого архитектора?

А.Г. У меня вообще нет любимчиков. Но я уверен, что Фрэнк Ллойд Райт по-прежнему лучший американский архитектор.

Существует ли такое понятие – стиль Генслера?

А.Г. Я надеюсь, что существует такое понятие, как качество Генслера.

Итак, что для вас архитектура – бизнес или удовольствие?

А.Г. И то и другое. Бизнес может приносить настоящее удовольствие. Я убежден в этом. Известный голландский архитектор Рем Колхас – тоже, кстати, выпускник Корнельского университета – однажды заявил: «Люди могут жить где угодно. Они могут быть несчастны где угодно, они могут быть счастливы где угодно». Это конечно же так. Но неоспоримо и то, что архитектура может влиять как позитивно, так и негативно на деятельность людей в повседневной жизни. Поэтому хорошая архитектура должна стремиться к оптимальному соотношению красоты и функциональности. По глубокому убеждению Арта Генслера, достигнуть этого можно, только если относиться к архитектуре как к серьезному бизнесу.

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *

три × два =

Вы можете использовать это HTMLтеги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>